Уход за детьми

Уроки любви. Совместный сон

Арианна Хаффингтон.
Мой разговор с экспертом по совместному сну (дальше — СС) Джеймсом Мак Кенна.

Д-р Джеймс МакКенна — профессор антропологии и руководитель лаборатории сна Мамы-Ребенка (the Mother-Baby Behavioral Sleep Laboratory) при университете Нотр-Дам. Он всемирно признанный эксперт по младенческому сну — особенно по практике совместного сна с кормлением грудью. В нашем разговоре он поделился своими ключевыми идеями о СС и бифазных моделях сна и предложил практические советы для родителей.

А.Х.: Вы долгое время изучаете и поддерживаете СС — опишите ваши исследования в организации этого вида сна. В каких культурах это общепринято? Какие преимущества СС?

Дж.М.: Мои исследования СС матери и ребенка начались, когда мы с женой узнали, что она беременна. Как и большинство родителей в ожидании первого малыша, мы бросились скупать все книги о родительстве. Но после прочтения нескольких книг о том, как лучше заботиться о нашем новорожденном, мы поняли, что верно одно из двух: или же все, что я изучал об антропологии, моей специальности, неправда, или же все эти западные схемы и советы о том, как ухаживать за малышом, никакого отношения к детям не имеют вообще. Возможно, дело в существующих сейчас западных культурных идеологиях и социальных ценностях, которые скорее определяют, чего от ребенка хотят и кем он должен стать, когда вырастет — не оставляя места тому, каким ребенок есть на самом деле и в чем на самом деле нуждается.

В любом введении в биологическую антропологию студенты узнают, что человеческий детеныш — самый уязвимый, зависимый от контакта, самый медленно развивающийся и вообще наиболее зависимый из всех млекопитающих приматов, в основном потому, что человек рождается неврологически незрелым относительно остальных приматов-млекопитающих. Для того, чтобы безопасно пройти через отверстие в материнском малом тазу (который необходим человеку для прямохождения), человеческий новорожденный появляется на свет только с 25% от объема своего будущего взрослого мозга. Это значит, что физиологические системы не могут оптимально функционировать без контакта с материнским телом, которое продолжает «регулировать» ребенка почти так же, как и во время беременности. Эшли Монтагю, моя личная интеллектуальная героиня, называет человеческих младенцев «екстра-вынашиваемыми». Прикосновение к младенцу изменяет его дыхание, температуру тела, уровень тела и процесс роста. Другими словами, тело матери — это единственная среда, к которой человеческий новорожденный приспособлен. Д-р Виннекотт, известный педиатр-физиолог, сказал об этом так: «Нет такого понятия — «новорожденный», всегда это должен быть «новорожденный и кто-то еще».

Вот вам глубоко правдивая и научная начальная точка, чтобы понять, почему младенцы никогда не согласятся и не примут посыл, что они должны спать в одиночестве. Одинокий младенческий сон создает невробиологический кризис человеческому новорожденному, так как эта микро-среда экологически неверна и не соответствует фундаментальным потребностям человеческих младенцев. На самом деле одинокий сон в отдельной комнате и отсутствие ГВ сейчас является независимым фактором риска для СВДС (синдрома внезапной детской смерти) — вот вам факт, который объясняет, почему в большей части мира никогда не слышали о СВДС.

Мы с женой были шокированы, когда прочли, что говорят педиатры-исследователи сна о нормальном сне человеческих младенцев — особенно об идее, что дети должны «сами себя успокаивать». Уже тогда мы понимали, что это не более чем культурная конструкция без никакой эмпирической доказательной базы.

Когда родился мой сын, я обнаружил, что могу изменять его дыхание, изменяя свое собственное, как если бы мы находились в синхронизации друг с другом. Мое исследование позже подтвердило, что дыхание матери и ребенка регулируется присутствием друг друга — звуки вдоха и выдоха, поднятие и опускание грудной клетки, диоксид карбона, который один выдыхает, а другой вдыхает, приводящий к ускорению следующего вдоха! Я отмечал в научных статьях, что это еще один сигнал-напоминание для младенца, что ему нужно дышать — защитная система на случай сбоев в общих переходных процессов в дыхании малыша.

Я изучал негативные физиологические эффекты кратковременного разлучения новорожденных приматов с их мамами — изменения в сердечном ритме, дыхании, температуре тела, устойчивости к вирусам, уровне кортизола, пищеварении и росте вообще. Как я могу удивляться, что самый наименее зрелый примат из всех — человек — еще более чувствителен ко всем сенсорным сигналам? Брать на руки, носить малыша на руках, спать с ним вместе — это не просто милая социальная идея, это также важное вложение в его нормальное развитие и хорошее самочувствие.

Я решил собрать свои знания в поведении приматов и приложить их к нам, людям, и посмотреть, действительно ли ночной контакт (грудное вскармливание (ГВ) и совместный сон (СС)) влияют на человеческих младенцев так, как я описал, и что происходит, если маленькие дети спят сами. Я возглавил команду ученых, которые впервые задокументировали поведенческий и физиологический эффект одинокого детского сна, и то, как выглядит сон, когда он соединен с контекстом СС и ГВ.

Мы продемонстрировали, как сенсорные системы мамы и младенца взаимно влияют друг на друга. Не только мама меняет качество детского сна и физиологическое состояние — ребенок также регулирует мамино поведение и состояние тела.

Важно помнить, что пока идея СС распространялась и развивалась, современные кровати и постельные принадлежности оставались прежними. Нужно отдельно создавать необходимые безопасные условия для СС. Но совместный сон в сочетании с кормлением грудью может быть защищающим. Сейчас уже нам хорошо известно, что многие кормящие матери выбирают СС именно потому, что он позволяет спать больше и сильно укрепляет грудное вскармливание и связь с ребенком.

Когда СС организован безопасно, то он делает мам (и пап!) и малышей счастливее и оказывает позитивный эффект на растущих деток. Конечно же, мамы не должны получать осуждение или обвинения в безответственности за совместный сон с ребенком. Ведь в действительности более 90% всего человечества так или иначе спит вместе со своими детьми!

А.Х.: На Вас ссылаются, говоря о том, что люди склонны к бифазному сну. Говорят и такое: «В Америке норма, когда вы ложитесь спать в 11 и спите мертвым сном до 7 утра, и если у вас это происходит не так, то это патология — инсомния.»
Как Вы относитесь к заголовкам, которые утверждают строгие рамки для количества сна, которое человек «должен» получать?

Дж.М.: Обмен веществ у людей склонен замедляться к вечеру, и, со всей вероятностью, наше устройство стремится к той или иной форме бифазного сна. Тот факт, что в разных культурах большинство людей способно видоизменять это биологическое свойство, вне сомнения отражает наше эволюционное прошлое, развивавшееся в тропиках, когда была потребность избегать мощного дневного жара.

Культурные ценности предписывают, если не регулируют, как и когда мы спим. В США выражение «не хочу, чтоб меня застали, когда я дремлю» («I don’t want to be caught napping») предполагает, что вздремнуть днем — это своего рода нарушение. Другие же культуры поощряют сон в дневное время или сиесту.

Эволюционная потребность быть бдительным во время сна и быстро просыпаться позволила раннему человечеству адаптироваться к переменчивым социальным, физиологическим и эмоциональным вызовам. И поэтому так важно уважать индивидуальность нормы и рассматривать общее здоровье в множественной перспективе. Мне становится неудобно, когда я читаю эти заголовки со сметающими утверждениями, которые могут возбудить тревогу и беспокойство у людей с отличающимися привычками сна, особенно если они чувствуют себя хорошо отдохнувшими в течение дня. И когда все болезни и синдромы объясняются хроническим недосыпанием, необходимо признать, что на самом деле оценивать тут причины и следствия очень непросто.

А.Х.: Как эксперт по младенческому сну, какие практические рекомендации Вы можете дать новоиспеченным родителям, чтобы сделать сон их малыша (и их собственный сон) легче и проще?

Дж.М.: Делайте то, что действенно для вашей семьи, и доверяйте себе, доверяйте тому, что вы лучше всех внешних авторитетов знаете, что лучше для вашего ребенка. Вы больше всех проводите время со своим малышом, и все дети — разные. Младенцы, дети и их родители взаимодействуют всевозможными, очень разнообразными способами. Не существует единого образца ни для одного вида отношений, в которые мы вступаем. Когда речь заходит об организации сна, многие семьи приобретают и воплощают в жизнь очень зыбкие понятия о том, где их ребенок «должен» спать. Родители с менее жесткими идеями о том, как и где нужно спать ребенку, в основном гораздо счастливее и гораздо реже склонны разочаровываться, когда их дети не выполняют то, что «должны» — например, спать всю ночь, не просыпаясь.

И прежде всего, помните, что у младенцев не бывает «повестки дня»; они не пытаются прессовать вас или манипулировать вами. С таким неразвитым маленьким мозгом они настолько близко к своим генам и инстинктам, насколько вообще может быть человек, и очень мало контролируют свое поведение. В первые шесть-семь месяцев жизни у них нет «хочу», есть только нужды.

Всегда помните, что младенцы такие же «жертвы» своего поведения, как и, возможно, вы.

Ключ к удовлетворению от родительства в том, чтобы не соглашаться с тем, что другие считают необходимым для вас.

Скорее, нужно быть открытыми к тому, как созвездия отношений в вашей семье взаимодействуют и закручиваются с теми решениями, что видимо работают для вас. Постарайтесь не оценивать сон вашего малыша. Не путайте осознанное медицинское благо ночного сна с «нравственным благом» — идеей, что «хорошие дети» крепко спят всю ночь. Я считаю, что наиболее навредившее родительству изобретение культуры — это понятие о «хорошем ребенке».

Оригинальный текст: http://www.huffingtonpost.com/arianna-huffington/james-mckenna-co-sleeping-expert_b_7119782.html
(перевод Юли Нестеровой)

Источник